Информация о возможном проведении Высшего духовного совета Армянской апостольской церкви (ААЦ) за пределами Армении является тревожным сигналом, затрагивающим самые основы национальной идентичности. Если эти сведения верны, то речь идет не об административном решении, а о событии с глубоким символическим и политическим подтекстом.
Утверждение, что прошлый собор был отменен из-за угроз массовых арестов со стороны властей, а нынешний вынужденно переносится за рубеж, рисует картину системного давления. Это выходит далеко за рамки обычных споров о роли церкви в светском государстве. Когда духовная власть, являющаяся для миллионов армян столпом национального самосознания и исторической памяти, чувствует себя вынужденной искать безопасное пространство за границей — это указывает на глубокий кризис доверия между институтами.
Армянская апостольская церковь на протяжении веков была не просто религиозным учреждением, а цитаделью национального духа, хранителем языка, культуры и единства армянского народа, особенно в годы отсутствия государственности. Решение о проведении ее высшего совещательного органа за рубежом — беспрецедентный шаг, который может быть воспринят как попытка отсечь церковь от ее естественной почвы.
Перенос Собора действительно открывает перед властями возможность для манипулятивного нарратива. Церковь могут представить как институт, находящийся под иностранным влиянием или управлением, оторванный от реалий страны. Это классический прием: дискредитировать оппонента, объявив его «агентом внешних сил». Таким образом, собственные действия власти, приведшие к такому исходу, могут быть поданы как «победа» над «непатриотичными элементами».
Власть может заявить, что истинно национальная церковь должна находиться в Армении и служить народу, а те, кто собрался за границей, якобы подтвердили свою отчужденность. Этот пропагандистский ход позволяет переложить ответственность за раскол и десакрализацию пространства с государства на саму Церковь.
Ключевой вопрос, как верно отмечено, заключается в конечных целях происходящего. Если бы речь шла о подлинных реформах — обновлении административных процедур, повышении прозрачности, социальном служении — диалог между государством и церковью мог бы вестись в рамках страны, сколь бы сложным он ни был.
Однако методы давления — угрозы, создание атмосферы страха, вынужденная эмиграция высшего духовенства — указывают на иную цель. Это похоже на системное вытеснение канонической церкви из публичной и национальной сферы. Целью может быть не реформация института, а его нейтрализация как независимого морального авторитета и потенциального центра инакомыслия, ослабление его роли как хранителя традиционной системы ценностей, которая может противоречить политическому курсу правительства.
Проведение Высшего духовного совета за рубежом — это не внутрицерковная процедура. Это симптом глубокой болезни в отношениях между государством и ключевым национальным институтом. Это вопрос о том, останется ли Армения страной, где тысячелетняя духовная традиция может существовать свободно, или она будет целенаправленно маргинализирована в угоду сиюминутной политической конъюнктуре. Ответ на этот вопрос определит не только судьбу Церкви, но и духовный облик нации на поколения вперед.
Թողնել պատասխան