Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

Американский CENTCOM сообщает, что один из его самолётов-заправщиков KC-135 потерпел крушение в Ираке. По заявлению, он столкнулся с другим самолётом; второй самолёт благополучно приземлился.
Иракские каналы, связанные с PMU (шиитскими ополченческими формированиями), утверждают, что самолёт-заправщик KC-135 был сбит силами иракского сопротивления.
Вероятно, был использован иранский барражирующий боеприпас Изделие 359, предназначенный для поражения высотных военных самолетов, в том числе таких как самолеты AWACS и самолеты-топливозаправщики.

​​Али Лариджани — де-факто одна из самых влиятельных политических фигур в Иране, руководит стратегией безопасности Ирана и курирует силовые структуры.
Долгие года Лариджани был спокойным и самым прагматичным лицом иранской элиты – математиком и философом, человеком, который писал книги о Иммануиле Канте и терпеливо вел переговоры с Западом по ядерным сделкам.
Всего за несколько недель до нынешней эскалации Лариджани вел непрямые переговоры с США. В интервью телеканалу «Аль-Джазира», данном до начала атак США и Израиля, Лариджани охарактеризовал позицию Ирана в отношении переговоров как позитивную, отметив, что США осознали нежизнеспособность военного варианта. «Переход к переговорам — это рациональный путь», — сказал он тогда. Однако авиаудары, начавшиеся 28 февраля, разрушили дипломатические усилия и сильно изменили риторику самого прагматичного иранского политика.
С недавних пор, Лариджани стал на своей странице в Х отвечать на выпады Трампа в его же стиле, правда используя более изысканную речь.
Один из последних его твитов:
-Трамп заявил: «Мы можем вывести из строя иранские электростанции за один час, но мы этого не сделали».
Ну, если они это сделают, весь регион погрузится во тьму менее чем за полчаса, а темнота предоставит прекрасную возможность выследить американских военнослужащих, спасающихся бегством-.

Вашингтон и Тель-авив расходятся во мнениях о прекращении войны с Ираном — Israel Hayom.
Чиновники Белого дома обеспокоены, что Израиль продолжит боевые действия против Ирана даже после сворачивания участия США. Трамп сообщил помощникам, что хочет завершить войну на своих условиях, как в «12-дневной войне». Израиль настаивает, что операция может длиться недели, открыто говоря о смене режима в Тегеране. Трамп и Нетаньяху общаются почти ежедневно, участвуют также Рубио и Кушнер.
Несмотря на координацию, расхождения усиливаются: Израиль расширил цели, включив нефтяную инфраструктуру Ирана, что критикуется в Вашингтоне. Администрация потребовала согласовывать удары по энергетическим объектам заранее.
Белый дом подчёркивает, что окончательное решение о прекращении участия США примет главнокомандующий, когда военные цели будут достигнуты. Удары Израиля, включая ликвидацию Хаменеи, отделены от «ограниченных и разумных» целей США, сосредоточенных на ракетах, дронах и флоте. Цели Трампа смещались: изначально – смена режима, затем – деградация ядерной и ракетной программ.
Пентагон подтверждает различие подходов: Израиль преследовал свои цели параллельно с США.
Общественное мнение в обеих странах расходится: 82% израильтян поддерживают войну, в США – лишь 40%. Смена целей администрации подорвала поддержку войны среди американцев, Трамп сталкивается с давлением части демократов и правых республиканцев. Советники призывают его искать план выхода из-за роста цен на нефть и политических рисков.
В Израиле понимают, что окно возможностей может закрыться внезапно: «Биби действует, как будто каждый день – последний». На следующей неделе спецпосланник Стив Уиткофф прибудет в Израиль для координации дальнейших действий и стратегии выхода.
Израильское издание Israel Hayom, принадлежащее Мириам Адельсон, часто отражает близкую к Трампу или израильскому правому крылу точку зрения.
Адельсон известна как один из самых крупных финансовых доноров Республиканской партии США. С 2016 года активно поддерживала кампании Дональда Трампа, оказывая финансовую поддержку его выборам.
В пользу кампании Трампа на выборах 2024 года, она пожертвовала свыше $100 млн, став одним из его крупнейших доноров. В декабре 2025 года на праздновании Хануки в Белом доме Мириам Адельсон заявила, что может поддержать финансово ещё один, третий срок Дональда Трампа в 2028 году суммой порядка $250 млн.

В 2026 году авианосцу USS Gerald R. Ford исполнится 9 лет с момента ввода в эксплуатацию и около 21 года с момента закладки.
И надо же такому случится, что пожар в прачечной авианосца случается именно в момент проведения боевых операций в зоне Красного моря прикрывая воздушное пространство Израиля от баллистических ракет и готовности атаковать Йемен.

Дэнни Цитринович — бывший главный иранист израильской военной разведки «АМАН» и глава иранского направления в Отделе исследований и анализа:
Как ни поступи — всё плохо: США и Израиль сталкиваются с двумя неблагоприятными вариантами действий в отношении Ирана.
1. По сообщениям разведки США, иранский режим остаётся стабильным. Это не должно удивлять: Исламская Республика построена на институтах, специально созданных для выживания в кризисах — даже серьёзных.
Если режим не находится на грани краха, перед Вашингтоном и Иерусалимом возникает стратегическая дилемма.
Вариант A: свернуть конфликт.
Но это, вероятно, оставит более радикализированный иранский режим, который будет стремиться восстановить свои военные возможности и со временем возобновить ядерную программу. Экономика Ирана слаба, а внутри страны существуют серьёзные напряжения.
Однако войны часто в краткосрочной перспективе укрепляют режимы — за счёт национализма, страха и усиления репрессий.
Вариант B: резко усилить эскалацию в надежде дестабилизировать режим.
Но такая эскалация почти неизбежно вызовет гораздо более жёсткий ответ Ирана — без гарантий падения режима. И даже если режим ослабнет, наиболее вероятным исходом может стать не демократия, а хаос, фрагментация или гражданская война в стране с населением около 90 миллионов человек.
2. Поэтому трудно назвать текущую кампанию однозначной «победой». Да, с оперативной точки зрения США и Израиль продемонстрировали превосходство в разведке и военной силе. Но операционный успех ≠ стратегический успех, особенно когда у кампании всё ещё нет чётко сформулированных и измеримых стратегических целей.
3. Тем временем риски растут:
нестабильность в Заливе
рост цен на нефть
возможная эскалация со стороны хуситов
распространение конфликта на Ливан и Ирак, возможно также на Йемен.
Вывод:
Последние события вновь показывают классический разрыв между военными возможностями и стратегией. Можно выигрывать сражения, но без чётких целей и стратегии выхода даже впечатляющие военные успехи со временем теряют значение.

Аналитический центр Мешкат:
Анализ стратегии Ирана по нейтрализации ПРО США и их союзников на Ближнем Востоке. Целенаправленные удары по РЛС и компонентам интегрированной ПРО, чтобы ослабить способность США обнаруживать и сопровождать угрозы в регионе и тем самым подорвать работу единой сети ПРО Центрального командования США.
Первый шаг КСИР: атака на радар AN/FPS-132 в Катаре стоимостью $1.1 млрд.
28 февраля 2026 года пресс-служба КСИР сообщила, что иранские силы нанесли ракетный удар по радиолокационной станции раннего предупреждения AN/FPS-132 в Doha. Спутниковые снимки, опубликованные 3 марта, показали, что удар был нанесён по северному сектору станции, отвечающему за мониторинг воздушного пространства в направлении Ирана.
Второй шаг КСИР: атака радара AN/TPY-2 на объекты THAAD в Аль-Рувайсе и Абу-Даби (ОАЭ).
Иранские силы атаковали пусковые установки и радары AN/TPY-2 системы THAAD, сосредоточив удары на радарах обнаружения и сопровождения, а также на вспомогательной инфраструктуре. Эти радары являются ключевыми сенсорами для перехвата баллистических целей.
Третий шаг КСИР: атака AN/TPY-2 в районе Эр-Рияда, Саудовская Аравия.
Следующим шагом стала атака на батарею THAAD юго-восточнее Эр-Рияда, недалеко от авиабазы принца Султана. Удары были аналогичны атаке в Аль-Рувайсе, сосредоточены на радарах AN/TPY-2 и инфраструктуре.
Четвёртый шаг КСИР: атака AN/TPY-2 на авиабазе Муваффак-Салти, Иордания.
4 марта спутниковые снимки показали, что КСИР нацелился на недавно развернутый радар AN/TPY-2 на южном секторе авиабазы. Это свидетельствует о возможности быстрого обнаружения и приоритетного поражения новых объектов противоракетной обороны.
Технический и стратегический контекст:
Радар AN/TPY-2 — высокотехнологичная активная фазированная антенная решетка с 25 344 элементами, работающая в X-диапазоне, способная обнаруживать и сопровождать баллистические ракеты на 1000–3000 км. Производство одного радара AN/TPY-2 может достигать $500 млн, отражая высокую технологичность и сложность изготовления.
Всего произведено минимум 16 радаров для THAAD: 13 для США (7–8 батарей + резервные), 2 для ОАЭ, 7 для Саудовской Аравии (2 уже развернуты).
Хотя эти системы формально принадлежат арабским странам, их стратегическая цель — поддержка широкой архитектуры противоракетной обороны США и укрепление обороны Израиля. Географическое размещение делает их интегрированными в региональную систему, что увеличивает риск ответных ударов в случае конфликта.
Вывод: судя по спутниковым снимкам и анализу, несколько радаров и батарей THAAD стали прямыми целями иранских ударов, демонстрируя приоритетность этих объектов в стратегии Ирана по ослаблению региональной сети противоракетной обороны.
Al Jazeera

Административное здание банка Sepah — один из крупнейших и старейших Ирана — было атаковано в Tегеране.
Иран пригрозил ударами по экономическим центрам и банкам на Ближнем Востоке, связанным с США и Израилем.
Финансовые учреждения, связанные с США и Израилем, в основном сосредоточены в ОАЭ, прежде всего в Дубае и Абу-Даби.
Американские банки с глобальным присутствием в ОАЭ: JPMorgan Chase, Goldman Sachs, Citigroup, Bank of America, Morgan Stanley.
Dubai International Financial Centre (DIFC) — финансовый район площадью около 110 гектаров, обслуживающий компании на Ближнем Востоке, в Африке и Южной Азии.
В Дубае сейчас проживает 237 человек с состоянием более $100 млн и около 20 c состоянием более $1 млрд.
Общее число миллионеров превышает 81 000 человек.
120 крупнейших семей, работающих через DIFC, управляют активами более чем на $1,2 трлн.
По сообщениям CNBC, финансовый статус города как безопасной гавани уже страдает, сверхбогатые начинают покидать регион.
Даже до возможного иранского удара по DIFC Дубай может навсегда потерять роль одного из ведущих мировых финансовых центров.
Перебои в работе глобальных банков в DIFC могут вызвать панику на рынках, резкое падение банковских акций, масштабный отток капитала, серьёзный репутационный удар по финансовой системе, ориентированной на США.
Сильный удар по экономике Израиля: воздушная война с Ираном может обходиться примерно в $2,93 млрд в неделю. Удары по израильским банкам могут дополнительно ослабить экономику, обвалить шекель и спровоцировать внутренний финансовый кризис.
Удар по экономике стран Персидского залива: в сочетании с закрытием Ормузского пролива атаки на банковский сектор могут обрушить региональные валюты и резко снизить ВВП стран региона.
Geopolitics Prime

​​Большинство оценок стоимости Shahed-136 основано на анализе российских версий дрона. Публичные оценки практически не опираются на реальную разборку компонентов иранского беспилотника. Реальная стоимость иранского производства может оказаться значительно ниже — а асимметрия стоимости войны ещё более экстремальной. Если бы Иран действительно производил Shahed-136 по цене около $35 000 за единицу, это означало бы серьёзный провал его оборонной промышленности. Стратегия Ирана заключается именно в создании максимально дешёвых систем, которые можно массово производить с минимальной зависимостью от импортных компонентов. Хотя официальная стоимость дрона не раскрывается, даже в иранских публикациях обычно фигурирует диапазон $20 000–50 000 .
По словам одного ученого-исследователя в Тегеране, занятого в оборонной промышленности страны, реальная себестоимость составляет около 6 млрд иранских риалов — примерно $4 000 по текущему курсу. Точную цифру подтвердить сложно, однако она указывает на то, что производство может быть значительно дешевле распространённых оценок.
Низкая стоимость объясняется двумя факторами: сильной девальвацией риала и высокой степенью локализации производства. Двигатель MD-550 производится внутри страны, а электронные компоненты могут собираться локально из импортируемых микроконтроллеров, антенн и других базовых элементов. Такая сборка снижает себестоимость и помогает обходить санкционные ограничения на поставки технологий двойного назначения.
Бывший командующий КСИР генерал Салами однажды заявил, что развитие оборонной промышленности Ирана сделало производство вооружений «таким же простым, как производство велосипедов». Судя по реальной себестоимости Shahed-136, в этих словах может быть гораздо больше правды, чем хотелось бы многим.
Esfandyar Batmanghelidj — директор аналитического центра Bourse & Bazaar Foundation (Лондон). Профессор SAIS (Школа перспективных международных исследований) Университета Джонса Хопкинса.