14 января 2026 года Министерство юстиции РА
сообщило, что двое граждан Сирии, приговорённые судом Армении к пожизненному лишению свободы за террористическую деятельность, были переданы компетентным органам Сирии через территорию Турции. Подчёркивается, что передача была осуществлена в рамках действующих правовых механизмов с целью
продолжения исполнения вынесенных в их отношении приговоров в стране их гражданства.
Одновременно следует отметить, что четверо армянских пленных, ранее удерживаемых в Баку, уже возвращены и находятся в Армении. Возвращение пленных в любом количестве является важным и безусловно положительным гуманитарным шагом, который может быть только приветствован, поскольку речь идёт о возвращении людей к своим семьям.
Так, во время первой карабахской войны имели место случаи, когда армянская сторона возвращала азербайджанских пленных в два, три и четыре раза большем количестве, а в одном из эпизодов — даже в тридцать раз большем числе, чем получала взамен.
Конечно же, вызывает огромное сомнение утверждение о том, что переданные террористы будут продолжать отбывать наказание в Сирии.
Показательным в этом смысле остаётся дело Рамиля Сафарова. В 2012 году он был приговорён в Венгрии к пожизненному лишению свободы и
передан Азербайджану на основании международных правовых механизмов с официальным условием продолжения исполнения приговора и возможностью условного освобождения не ранее чем через 25 лет. Однако сразу после прибытия в Азербайджан Сафаров был помилован, освобождён, восстановлен на военной службе, повышен в воинском звании и публично удостоен почестей.
Исламистские группировки сирийской оппозиции «Султан Мурад», «Аль-Хамза», «Сулейман Шах», в составе которых указанные лица воевали на стороне Азербайджана в Нагорном Карабахе, после свержения Асада были интегрированы в структуры регулярной армии Сирии. Более того, лидеры этих формирований сейчас занимают высокие должности в новой системе власти.
В этих условиях даже теоретическое предположение о том, что лица, воевавшие в составе таких группировок, будут реально отбывать срок в Сирии, выглядит нереальным. Не будет же армянское Министерство юстиции применять механизмы контроля за исполнением приговоров на территории Сирии.
Поэтому, как бы ни формулировалась официальная правовая часть вопроса, на практике произошедшее следует рассматривать именно как обмен.
Обмен — значит, обмен.