Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

BBC News Русская служба:
Cамой значительной новостью стала поставка американских дронов для армянской армии на $11 млн. Это первая в истории американская военная техника Армении, которая формально остается союзником России.
«Это очень большое событие для Армении. Речь идет о платформе, которая используется армией США и их союзниками. Это может быть сигналом о готовности США и дальше укреплять оборонный потенциал Армении», — считает Эдуард Аракелян, аналитик ереванского Регионального центра демократии и безопасности.
V-Bat (VTOL) не нужна взлетная полоса, что идеально подходит для горного рельефа Армении, отмечает эксперт. Они усилят возможности армянской армии в сфере разведки, наблюдения, целеуказания и могут повысить точность артиллерии и других средств поражения.
«Это то, чего нам не хватало в конфликтах последних лет, начиная с 2020 года. Мы не знали, что творится на глубине 50, 80 или 100 километров. И эти дроны могут эту нишу закрыть».

Эдуард Аракелян, RCDS:
После подписания Хартии стратегического сотрудничества президент Азербайджана и вице-президент США выступили с заявлением для прессы.
Они сделали краткие заявления для СМИ и в отличие от пресс-конференции в Ереване не отвечали на вопросы журналистов в зале. Общение длилось около 10 минут.
Вэнс также объявил, что США «отправят Азербайджану несколько новых катеров, чтобы помочь Азербайджану в защите своих территориальных вод». Никаких подробностей о том, какие именно суда будут поставлены и в каком количестве, не сообщалось.
Считается, что это станет первым случаем предоставления Азербайджану военной техники со стороны США.
Однако ранее США поставляли в Баку дизельные двигатели Cummins для южноафриканских тяжелых бронеавтомобилей Matador/Marauder, которые проходили окончательную сборку в Баку. В 2017-2018 годах на учениях азербайджанского спецназа были замечены легкие американские вертолеты MD‑530F «Cayuse Warrior».
США также направляли свои усилия на подготовку подразделений спецназа ВМС Азербайджана, а также на развитие образовательных программ для азербайджанских офицеров, в том числе сил спецназначения.
Алиев в своем выступлении дважды упомянул проект «Маршрут Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP) добавив, что он «соединит две части Азербайджана и станет надежным, безопасным и крупномасштабным транспортным коридором, соединяющим Азию с Европой через территорию Азербайджана, Армении и других соседних стран».
Обычно президент Азербайджан называет этот коридор «Зангезурским», а маршрут TRIPP всего лишь малая часть этого коридора.

Максим Юсин пишет о «разочаровании и досаде в Москве из-за активизации США в Закавказье», объясняя ослабление позиций России — которые в последние годы «особенно заметно просели» — «чрезмерной поглощенностью украинским конфликтом». Такая интерпретация по методичке удобна, но она вторична. Проблема глубже и началась она не сегодня.
Проседание российских позиций на Южном Кавказе началось не после начала войны в Украине, а 27 сентября 2020 года — в день старта второй карабахской войны.
Ключевой вопрос заключается не в том, могла ли Россия повлиять на развитие событий, а в том, хотела ли она это сделать. На протяжении десятилетий Москва оставалась главным внешним арбитром карабахского конфликта. В регионе устойчиво существовало понимание: без согласия России масштабная война невозможна.
Россия могла не допустить эскалации, как минимум путем жесткого политического сигнала Баку и Анкаре. Это не требовало военного вмешательства. Достаточно было ясной и однозначной позиции.
Этого сделано не было. Видимо, по причине каких-то своих будущих геополитических многоходовок.
Еще в 2018 году Эрдоган публично заявлял, что при каждой встрече ставит перед Путиным вопрос «решения карабахского конфликта», добавляя: он может быть решен тогда, когда этого захочет Москва.
Если конфликт «может быть решен, когда Москва захочет», то его начало в 2020 году не могло произойти вне рамок российских стратегических расчетов.
Судя по всему, в Кремле рассчитывали на управляемый конфликт с последующим усилением собственной роли в качестве миротворца. Предполагалось, что Москва сохранит контроль над процессом, не допустит чрезмерного усиления Турции и закрепит свое военное присутствие в регионе.
Может быть, это был самый гениальный кремлевский расчет. Но этот расчет оказался ошибочным.
Показательны слова главы МИД РФ Сергея Лаврова в разгар войны 2020 года: «Думаю, что сейчас не было бы счастья, да несчастье помогло (подразумевая войну): вот эти печальные события должны помочь активизировать политический процесс». В этой формулировке война звучит как инструмент разрешения проблемы. Она могла выглядеть прагматичной с точки зрения российской геополитической логики. Но она игнорировала главный фактор: происходило изменение баланса сил и усиление Турции как самостоятельного игрока.
События сентября 2022 года, этническая чистка в Нагорном Карабахе в присутствии миротворческого контингента РФ стали логическим завершением механизма, запущенного в 2020-м.
Присутствие России не предотвратило катастрофы. Более того, с лета 2023 года сами миротворцы начали именовать себя «наблюдателями», что уже фиксировало снижение роли России. Можно припомнить многие перипетии из контактов с командованием МС России в Арцахе и каждый контакт усиливал понимание того, что той России, которую многие армяне строили в своих иллюзиях давно уже нет. Та Россия оказалась совершенно иной и не готовой брать на себя ответственность за обязательства.
Сведение происходящего к «поглощенности Украиной» упрощает картину Юсина и других деятелей российской пропаганды. Украинский конфликт усилил ресурсные ограничения Москвы и заметно снизил оперативные возможности на Южном Кавказе, но сдвиг произошел раньше.
Кремль просчитался в оценке роли Турции и динамики региональной трансформации. Если Россия не смогла сохранить баланс, исключить Турцию из прямого военного участия и впоследствии нейтрализовать ее влияние, то это проблема российской стратегии.
Южный Кавказ перестал быть пространством монопольного влияния России в тот момент, когда она допустила изменение правил игры силовым путем. И, что принципиально важно, позволила Турции стать полноценным участником этого процесса на территории, которую столетиями считала своим «имперским задним двором».
С этого момента началось разрушение доверия и постепенное вытеснение России другими центрами силы. И это не результат внешнего давления. Это следствие внутреннего решения.
Именно поэтому проблема проседания русских лежит не в Ереване и не в Вашингтоне. Она в просчетах Москвы.

Азербайджан и США подпишут сегодня в Баку Хартию стратегического партнёрства.

Для канала, который когда-то позиционировал себя как «европейский ответ CNN», закулисная реальность стала мрачной. Этот контраст отражает более глубокую трансформацию внутри Euronews.
Сотрудничество с авторитарными режимами стало частью новой стратегии канала. Бывший топ-менеджер канала назвал сделки с авторитарными режимами «финансовым прагматизмом»: телевидение дорогостоящий бизнес, и без масштабной поддержки Euronews вынужден искать партнёров в Азербайджане и других странах.
Если раньше Euronews мог объяснять сотрудничество с ЕС служением «европейскому проекту», то продвижение интересов новых покровителей, среди которых президент Азербайджана Ильхам Алиев, выглядит сложнее.
Алиев, унаследовавший власть в 2003 году, считается одним из жёстких авторитарных лидеров. В Азербайджане отсутствуют свободные выборы и свободная пресса. За последние два года почти 30 журналистов и сотрудников СМИ были задержаны по ложным обвинениям.
Для авторитарных режимов позитивное освещение на Euronews придаёт легитимность, особенно с учётом связей канала с брюссельским истеблишментом.
Этим объясняется то, что министр культуры Азербайджана назвал «давним сотрудничеством» с Euronews.
Журналисты и руководители канала регулярно посещают медиафорум в Шуше — культурной столице Нагорного Карабаха, откуда в 2023 году армия Алиева вынудила бежать более 100 000 этнических армян. Европарламент охарактеризовал этот исход как этническую чистку.
Чешский журналист-расследователь Войтех Бохач из Voxpot, посетивший оплачиваемый форум в Шуше, описал атмосферу как «карнавальную». По его словам, поздно ночью в баре отеля он встретил делегацию Euronews. Около двух часов ночи гендиректор канала Клаус Штрунц и его коллега разыгрывали вирусную сцену с концерта Coldplay — всё происходило на фоне дорогого коньяка, за который гостям не приходилось платить.
Бохач назвал поездку «пропагандистским туром», в котором участвовал прокремлёвский аналитик Сергей Марков, лоббировавший интересы Азербайджана.
Штрунц объяснял своё участие необходимостью давать площадку «тюркским перспективам», утверждая, что регион недостаточно представлен в глобальных медиа. Подобную риторику нередко использует и премьер Венгрии Виктор Орбан, подчёркивая тюркские связи Венгрии. Орбан является союзником Алиева и поздравлял его с последней «победой» на выборах.
В 2024 году годовые контракты с Азербайджаном, Казахстаном и Узбекистаном на создание «спонсируемых телематериалов» принесли около €18 млн дохода. Азербайджан вошёл в десятку крупнейших рекламодателей Euronews.
Euractiv проанализировал 120 публикаций на euronews.com за период с 1 августа 2024 по 31 августа 2025 года с тегами «Azerbaijan», «Baku» и «Aliyev». Более трети материалов с пометкой «Azerbaijan» за этот период оказались рекламными.
Интервью Euronews с Алиевым дают дополнительные основания для вопросов. Когда в начале 2024 года он получил пятый президентский срок с 92% голосов, при том, что ОБСЕ заявила о репрессиях и нарушениях на выборах, канал направил корреспондента в Азербайджан и выпустил сюжет, подчёркивающий популярность Алиева, не упомянув о серьёзных сомнениях в честности голосования.
С 2023 года Алиев давал Euronews как минимум четыре интервью. В одном из них он назвал The Washington Post и The New York Times «фейковыми новостями» — ведущий канала не стал оспаривать это утверждение. Алиев с иронией добавил: «Представляете? Они опубликовали десятки статей, называя меня диктатором».
Дополнительные вопросы вызывает сотрудничество Euronews с азербайджанским телеканалом Anewz, который связан с властями и государственной нефтяной компанией SOCAR. Вскоре после запуска Anewz в 2024 году при участии бывших сотрудников и консультантов Euronews, брюссельская редакция начала ссылаться на его материалы.

​​Представители израильского министерства обороны недавно заявили своим американским коллегам, что иранская программа баллистических ракет представляет собой экзистенциальную угрозу и что Израиль готов действовать в одностороннем порядке в случае необходимости.
«Мы заявили американцам, что нанесем удар в одиночку, если Иран пересечет установленную нами красную линию в отношении баллистических ракет», — сказал источник.
С 30 декабря, после визитов к Трампу в Вашингтон и Мар-а-Лаго, Нетаньяху держался в тени, вероятно, чтобы не выглядеть инициатором войны с Ираном на фоне настроений MAGA. Теперь, когда Трамп может склоняться к сделке, а не к военному сценарию, Нетаньяху возвращается в Вашингтон с двумя требованиями:
если США не нанесут удар по Ирану, Израиль сделает это сам;
иранская баллистическая программа — «экзистенциальная угроза».
Первое выглядит блефом: Израиль не сможет вести войну с Ираном без масштабной поддержки США. В ходе 12-дневного конфликта США израсходовали 25% своих перехватчиков THAAD, защищая Израиль.
Второй тезис продолжает многолетнюю линию: всякий раз, когда требуется добиться американского вмешательства, военные возможности Ирана объявляются «экзистенциальной угрозой».
Иранские ракеты угрожают Израилю так же, как F-35 Израиля угрожают Ирану. Но ни одно из этого не является экзистенциальной угрозой.
Как только Трамп ударил по ядерной программе Ирана израильтяне изменили цель и заявили, что теперь ракеты Ирана тоже представляют экзистенциальную угрозу.
Ранее так называли центрифуги, обогащённый уран и ядерную программу; теперь — ракеты.
Если исчезнет один повод, появится другой. Это будет продолжаться, пока Трамп не решит, что больше не хочет играть эту игру.

Шушан Степанян, #CivilNetCheck
В ходе совместного заявления вице-президент США говорил о возможных экономических объёмах армяно-американского сотрудничества в сфере ядерной энергетики. Он отметил, что США и Армения завершили переговоры в этой области. По его словам, при полной готовности это откроет путь к заключению сделок между американскими и армянскими компаниями в рамках гражданских ядерных проектов.
«Что это означает: до $5 млрд первоначального экспорта США плюс дополнительные $4 млрд долгосрочной поддержки через контракты на поставку топлива и техническое обслуживание», — заявил вице-президент.
В оригинале на английском:
«That means up to $5 billion in initial US exports, plus an additional 4 billion in long-term support through fuel and maintenance contracts»
Слово «экспорт» синхронный переводчик перевёл как «инвестиции». В результате ряд армянских СМИ распространил слова Вэнса с ошибочным переводом, указав о $5 млрд инвестиций, а в некоторых случаях даже сложив суммы и утверждая, что США планируют инвестировать в энергетическую безопасность Армении $9 млрд.
Позднее Джей Ди Вэнс действительно использовал слово «инвестиции», говоря о малых модульных реакторах и о готовности американских технологий выйти на армянский рынок.
«Речь идёт о малых модульных реакторах. Американская технология будет приходить в эту страну, и это одна из немногих стран, где мы чувствуем себя достаточно уверенно, чтобы инвестировать на таком уровне и передавать подобные технологии», — отметил Вэнс.
Путаница возникла из-за синхронного перевода: использованное в английской речи слово «exports» («экспорт») было представлено как «инвестиции», что и привело к распространению информации о якобы $9 млрд инвестиций.
CivilNet

Эдуард Аракелян, RCDS:
США впервые официально объявили о продаже Армении американских военных технологий.
Речь идёт о поставке разведывательных БПЛА вертикального взлёта V-BAT на сумму $11 млн. Это платформа американской компании Shield AI, состоящая на вооружении ВС США и применявшаяся в Украине, где продемонстрировала устойчивость к радиоэлектронной борьбе.
V-BAT относится к категории «tail-sitter»: вертикальный взлёт, переход в горизонтальный полёт и посадка «на хвост». Для запуска достаточно площадки 2,5×2,5 м, что особенно актуально для горной местности. В базовой версии это наблюдение, разведка и целеуказание, но возможна и интеграция ударных средств. В частности, платформа может использовать до четырёх мини-боеприпасов Hatchet (разработка Northrop Grumman) или южнокорейские L-MDM.
После боевого применения спрос на V-BAT заметно вырос. Аппарат закупают или испытывают Греция, Япония, Нидерланды, Австралия, Южная Корея, Великобритания, Бразилия, ОАЭ. Контракты варьируются от нескольких единиц до сотен.
Отдельно стоит индийский кейс: Shield AI запускает производство V-BAT в Индии через стратегическое партнёрство с JSW Defence (инвестиции около $90 млн). Индия станет не только производственной площадкой, но и крупным оператором системы. Для Армении, активно развивающей ВТС с Индией, это добавляет дополнительное измерение — логистическое и технологическое.
Военно-политически это шаг к дальнейшей диверсификации армянских вооружений и постепенному углублению взаимодействия с США. Поставка не меняет баланс сил количественно, но усиливает качественный компонент: разведку и целеуказание, критически важные в современных конфликтах. Речь идёт о внедрении западной платформы, интегрируемой в сетевые контуры управления, что влияет на общий технологический профиль армии.
При этом уже 10-11 февраля вице-президент США посетит Азербайджан. Дональд Трамп ранее заявил о намерении начать поставки Баку американского оборонного оборудования (бронежилеты, катера и др.). Масштаб этих предложений станет понятен в ближайшие дни.
Южный Кавказ постепенно становится пространством активного вовлечения США.
Полностью на CivilNet

Тигран Григорян, RCDS.
В случае Армении, нынешняя администрация США оказалась достаточно успешной в доведении различных процессов до завершения и в развитии тех основ, которые были заложены предыдущей администрацией, благодаря более высокоуровневому вовлечению и более прагматичному, «транзакционному» подходу.
TRIPP во многом схож с идеями, обсуждавшимися до избрания Трампа; переговоры по соглашению 1-2-3 также начались при администрации Байдена, как и обсуждения по передаче чувствительных технологий Еревану.
В первые дни «Трампа 2.0» возможное отсутствие такого последовательного продолжения рассматривалось как самая большая проблема. С точки зрения Армении, самым обнадеживающим фактором является степень преемственности в подходах между нынешней и предыдущей администрациями.