Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

Из брифинга представителя Министерства обороны Турции контр-адмирала Зеки Актюрка:
«Заявления европейских политиков, направленные против Турции.
В последнее время отслеживаются заявления некоторых европейских руководителей, направленные против нашей страны.
Высказывания относительно региональной роли Турции и её места в архитектуре безопасности Европы не соответствуют принципам союзничества и солидарности.
Кроме того, заявления стран-членов НАТО — Франции и Греции — основанные на различных сценариях, усиливают напряжённость и могут нанести ущерб региональному миру и стабильности.
Любой военный альянс, который пытаются сформировать в нашем регионе против Турции, не имеет шансов на успех.
В любых ситуациях, связанных с безопасностью и стабильностью, выигрывать будут не те, кто выступает против Турции, а те, кто действует вместе с ней.
Сообщения о размещении французских военных на Кипре.

Турция действует, исходя из приверженности международному праву и приоритета сохранения мира и стабильности в регионе. Однако это не означает отказа от национальных прав и интересов как Турции, так и ТРСК.
Вопросы безопасности и стабильности на острове Кипр регулируются международными соглашениями, и Турция является одной из стран-гарантов.
Заявления о возможной отправке французских военных на Кипр остаются неясными с точки зрения конкретной необходимости в сфере безопасности. Подобные шаги могут нарушить существующий хрупкий баланс и усилить напряжённость.
Мы также подчёркиваем, что такие инициативы могут создать риски для безопасности самой греко-кипрской стороны в будущем, и призываем воздерживаться от действий, способных подорвать региональную стабильность».
Турции не нравится, что Франция и Греция обсуждают сценарии безопасности без её участия — в Анкаре это воспринимают как попытку играть против её интересов. Отсюда и месседж: любые союзы или планы, направленные на сдерживание Турции, по их мнению, не сработают.

Индийская индустрия производства боевых дронов вступает в фазу стремительного роста в ближайшие годы.
Компания Flying Wedge Defence and Aerospace, индийский стартап, основанный в 2022 году, в августе прошлого года получил экспортный заказ на $30 млн. Теперь компания нацелена довести экспортный портфель заказов до $100 млн в течение следующих 1.5 лет.
Смит Шах, президент Drone Federation India, сообщил, что в финансовом году, завершившемся в марте 2026 года, около двух третей выручки от продаж дронов (до $317 млн) пришлось на военные контракты. По его словам, к марту 2028 года эти доходы могут вырасти в 4–5 раз, а экспорт дронов, пока составляющий менее 10% выручки, будет расти сопоставимыми темпами.
До недавнего времени дроны занимали ограниченное место в оборонной промышленности Индии. Например, общий экспорт вооружений страны вырос на 62% — до $4,05 млрд, однако доля военных дронов составила менее 5%.
Ситуация изменилась после широкого применения дронов в конфликте между Индией и Пакистаном в мае прошлого года, который назвали первой «войной дронов» между ядерными державами региона. Это привлекло внимание к таким компаниям, как Solar Industries India, NewSpace Research and Technologies и Zen Technologies, чьи разработки использовались в ходе боевых действий.
Теперь индийские производители используют этот имидж «проверенных в бою» систем для наращивания экспорта. Они уже частично выиграли от изменения восприятия недорогих дронов, вызванного их эффективным применением в войне в Украине и в ближневосточном конфликте с участием США, Израиля и Ирана.
Solar Industries India, выпускающая широкий спектр вооружений, включая РСЗО, объявила о получении экспортных заказов на поставки дронов более чем на $295 млн в период с ноября прошлого года по январь текущего. Поставка рассчитана на 4 года.
В то же время ideaForge получила контракт на поставку разведывательных дронов для правоохранительных органов США.
Смежные направления также демонстрируют рост.
Zen Technologies ожидает получить более $105 млн экспортной выручки за два года до марта 2028 года, около половины которой придется на системы противодействия дронам. В 2025 финансовом году такие системы (радар, оптические сенсоры, средства РЭБ и вооружение для перехвата) уже обеспечили более половины экспортной выручки компании — около $31–32 млн.
Детали многих сделок остаются закрытыми. Например, Flying Wedge Defence and Aerospace не раскрывает клиента по контракту на $30 млн, указывая лишь, что это страна Юго-Восточной Азии. Компания поставляет ударные и разведывательные дроны большой дальности, а также дроны-перехватчики. Ведутся переговоры о поставках в Кению и Португалию.
Основная конкуренция для индийских производителей — это компании из Китая и Турции на рынках Юго-Восточной Азии и Африки.
Ключевыми игроками остаются Израиль, США, Турция, Китай и Иран: первые два предлагают дорогие решения, а Иран ограничен санкциями.
Одним из главных преимуществ Индии является ценовая конкурентоспособность. Например, дрон Kaal Bhairav (класс MALE) от Flying Wedge стоит от $105 тыс. — $422 тыс., тогда как аналогичный американский аппарат может стоить около $30 млн.
Индийские БПЛА также занимают нишу между сегментами: крупные системы остаются за западными производителями, а малые — за Китаем, тогда как Индия усиливает позиции в среднем, тактическом классе.
Кроме того, успешное применение, например, иранских платформ типа Shahed снижает значимость дорогих сертификаций, таких как стандарты НАТО (STANAG): многие заказчики готовы от них отказаться в пользу более дешевых, но проверенных в бою решений.

IDF начинает тестировать защитные конструкции против дронов Хезболла.
При использовании кумулятивного выстрела, иранского аналога ПГ-7В, если при контакте с сеткой произойдет детонация, кумулятивная струя все равно сформируется и её хватит, чтобы прошить машину, тем более с открытым верхом, и экипаж.
При использовании осколочного выстрела (ОГ-7В), который не наблюдался в применении Хезболла, сетка гарантированно вызовет детонацию и осколочная масса сверху накроет экипаж даже эффективнее, чем без сетки.
Конструкция наверное эффективна в первую очередь для запутывания дрона и защиты от вертикальных сбросов гранат, но навряд ли спасет от выстрелов с РПГ-7.
Наиболее полезным такая конструкция будет для бронетехники — танков, БМП и БТР.
Но IDF конечно видней. Многие высокотехнологичные средства атаки и обороны создали в Израиле. Тот же комплекс защиты танков Trophy, стоимость одной единицы которой равна примерно 1000 единиц FPV-дронов и которая бесполезна (на текущий момент) от дронов.

Казахстан одобрил соглашение о военном транзите с Турцией, которое позволяет турецким военно-транспортным самолётам и арендованным турецкой армией гражданским бортам использовать воздушное пространство Казахстана без посадки и лишней бюрократии.
Документ вводит правила: для военных самолётов — годовые разрешения, для остальных — разовые; полёты выполняются на дозвуковой скорости, а все сопутствующие расходы согласованы между сторонами. Соглашение регулирует вопросы юрисдикции в отношении военного персонала, финансовых механизмов и защиты конфиденциальной информации.
Также прописаны действия в экстренных ситуациях — взаимная помощь при вынужденных посадках и доступ специалистов к расследованию инцидентов.
По сути, соглашение снимает лишние ограничения и ускоряет военную логистику Турции. Это даёт Анкаре более удобный воздушный коридор в Центральную Азию и усиливает координацию в рамках Организации тюркских государств.
Казахстан является действущим членом ОДКБ.

Проект модернизации Airbus A400M Atlas предполагает возможность запуска крылатых ракет и беспилотников прямо из грузового отсека.
Схема проста: стандартные грузовые паллеты с ракетами или дронами выбрасываются через заднюю рампу с помощью парашюта, после чего аппараты отделяются, запускают двигатели и направляются к целям. Сам самолёт при этом не входит в зону поражения.
В качестве ориентира используется ракета Taurus KEPD 350 с дальностью более 500 км. Один A400M может нести до 12 таких ракет или около 50 дронов. Существенной переделки самолёта не требуется — модульная система позволяет быстро вернуть его к транспортным задачам.
Заказчик проекта официально не назван. Среди вероятных участников — Франция (испытания проводило Direction générale de l’armement) и Германия, учитывая использование ракеты Taurus и интерес Люфтваффе.
Концепция близка к американской программе Rapid Dragon и даёт возможность усилить ударные возможности за счёт уже имеющихся транспортных самолётов без закупки новых платформ.

В новом выпуске Caucasus Analytical Digest Тигран Григорян и Эдуард Аракелян анализируют трансформацию оборонной политики Армении после начала войны России против Украины.
В статье «От зависимости к диверсификации: переориентация оборонной политики Армении после войны России против Украины» утверждается, что период после 2022 года стал поворотом в стратегии безопасности Армении. По мере ослабления роли России— на фоне невыполненных обязательств и стратегической перегрузки — Ереван начал диверсифицировать партнёрства и снижать зависимость от Москвы.
Авторы прослеживают этот сдвиг по нескольким направлениям: сокращение поставок российского вооружения, расширение закупок у таких партнёров, как Индия и Франция, замораживание участия в ОДКБ, а также прекращение двусторонних военных учений и других форматов оборонного сотрудничества.
В то же время подчёркиваются ограничения процесса. Структурная зависимость от российских систем и унаследованных механизмов по-прежнему сдерживает стратегическую автономию Армении.

Азербайджан планирует ввести в эксплуатацию новый пограничный переход с Ираном.
В ближайшее время на границе с Ираном будет построен пункт пропуска «Aгбенд», который станет частью коридора «Араз», автомобильной трассы соединяющей Нахичеван с основной частью Азербайджана через территорию Ирана.
Ведутся интенсивные строительные работы. В скором времени они будут завершены. Также будут созданы условия для удобного перехода пешеходов.
Ранее сообщалось, что погранпереход будет готов к открытию в конце марта 2026 года.

Дискуссии в Иране вокруг стратегии морской блокады США
🔹 Газета The Wall Street Journal сообщила, что Трамп поручил своим помощникам подготовиться к длительной блокаде Ирана, направленной на дальнейшее ограничение иранского нефтяного экспорта и экономической активности с целью усиления давления по ядерной программе.
🔹 Трамп, по всей видимости, делает ставку на экономическое давление — в частности, на сжатие нефтяного экспорта Ирана — вместо возвращения к прямым военным ударам или полного выхода из конфликта.
🔸 Однако в Иране подобные сообщения интерпретируются по-разному. Часть проправительственных экспертов и комментаторов считает, что такие публикации направлены на формирование общественного восприятия, будто активная фаза войны завершилась, тем самым стимулируя ослабление мер безопасности. В этой логике это может создать условия для подготовки США и Израилем новой внезапной атаки.
🔹 В том же ключе другие указывают, что продолжающееся развертывание американских военно-морских сил в регионе может быть связано не только с усилением блокады. По их мнению, это отражает уроки 40-дневной войны, в ходе которой стала очевидной уязвимость американских баз в странах Персидского залива, что подталкивает к подготовке альтернативных платформ — например, авианосцев — в качестве основных точек для будущих операций.
🔸 Некоторые аналитики идут дальше, предполагая, что США могут рассматривать сочетание морской блокады с дополнительными мерами, включая воздушную блокаду или даже введение бесполётной зоны, как часть подготовки к новой фазе конфликта.
🔹 В то же время звучат и обеспокоенные оценки самой блокады, особенно если она приобретёт затяжной характер. Отмечается, что Ирану необходимо перехватить инициативу и прорвать блокаду — дипломатическими или иными средствами — до того, как она закрепится в качестве новой реальности. Согласно этой точке зрения, после её установления цена её отмены может оказаться выше, чем, например, стоимость открытия Ормузского пролива.
🔹 Эти критики также подчёркивают, что, в отличие от санкционных режимов, которые Иран исторически находил способы обходить, морская блокада представляет собой принципиально иной вызов. По их мнению, это форма ведения войны иными средствами и не может рассматриваться как аналог санкций.
➡️ В целом, в Иране преобладает восприятие, что война далека от завершения; морская блокада рассматривается либо как пролог к дальнейшей эскалации, либо как фактор, способный спровоцировать новый виток конфликта в ближайшей перспективе.
Хамид Реза Азизи.

Официальный Баку может приостановить отношения с Европейским парламентом в ответ на предвзятую позицию по отношению к Азербайджану, сообщил агентству Trend информированный источник .
Азербайджан, уже приостановивший контакты с Европейским парламентом, может принять официальное решение о разрыве всех отношений с этим институтом, и этот вопрос в настоящее время находится на стадии обсуждения.
Хотя проект резолюции «Поддержка демократической стабильности в Армении», представленный на обсуждение в Европейском парламенте, формально позиционируется как поддержка Армении, ряд пунктов содержит необоснованные обвинения и требования, направленные непосредственно против Азербайджана.