Category: Փետրվարի 20 / 20-е Февраля

Откровения министра национальной обороны Турции Яшара Гюлера: у турецкого национального истребителя Kaan 5-го поколения нет двигателя.
Для Kaan из США поступили 10 двигателей, по ещё 80 двигателям ожидается одобрение из США.
Отечественного двигателя для национального истребителя в краткосрочной и среднесрочной перспективе нет и не будет.
Фаза предварительного проектирования двигателя будет завершена в 2026 году.
С-400 при необходимости находятся на вооружении (подразумевается, что системы находятся в инвентаре ВС Турции).
Власти Турции часто подчёркивают, что Kaan — полностью национальный проект, а заявление Гюлера снижает уровень пропагандистского оптимизма.
Ранее схожую линию занимал глава МИД Хакан Фидан. Он делал акцент на необходимости диалога с США и прагматичном подходе, а не конфронтации из-за технологических ограничений Турции.

Эдуард Аракелян, RCDS:
Глава МИД Азербайджана Джейхун Байрамов заявил, что Баку намерен и в 2026 году настаивать на передаче Арменией карт минных полей на территориях, перешедших под контроль Азербайджана.
По его словам, Ереван утверждает, что не располагает дополнительными картами и что все имеющиеся материалы уже были переданы.
Ну если Ереван утверждает, что не располагает какими-то еще картами минных полей, спрашивается — зачем настаивать на передаче того, чего нет.
Байрамов отметил, что полное и безопасное разминирование в сжатые сроки невозможно: речь идёт о длительном, поэтапном процессе.
Минный вопрос всё в большей степени политизируется Азербайджаном и используется не в гуманитарном, а в политико-дипломатическом контексте. Баку систематически увязывает тему мин с более широкими переговорами с Арменией, формируя тем самым дополнительный рычаг давления. Требования Баку о передаче «полных карт» регулярно воспроизводятся в публичных заявлениях азербайджанских официальных лиц.
Кроме того, точных и полных карт минных полей нет даже у самого Азербайджана. В последнее время фиксируются подрывы на минах на территориях, которые находились под контролем Азербайджана не только после, но даже и до 2020 года.
По всей вероятности, эти мины были заложены самим Азербайджаном против армянских сил. Тем не менее, эти инциденты также включаются в общий нарратив обвинений в адрес Армении.

Эдуард Аракелян, RCDS:
Министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов сегодня, 26 декабря, в ходе итоговой пресс-конференции по итогам года заявил, что подписание мирного договора с Арменией возможно исключительно при условии:
1.Изменения Конституции Республики Армения.
2.Полного выполнения обязательств, взятых в рамках проекта TRIPP.
Байрамов подчеркнул, что именно эти два фактора остаются для Баку ключевыми предварительными условиями для заключения окончательного соглашения.
Армения может внести поправки или изменить Конституцию исключительно путем референдума, исход которого заранее не предопределен и может быть отрицательным.
Что касается «полного выполнения обязательств» в рамках проекта TRIPP, то сам проект зафиксирован в Вашингтонской декларации в предельно общей форме, без конкретных обязывающих положений и механизмов реализации.
В этой связи единственное содержательное толкование формулы «полного выполнения», которое напрашивается в азербайджанской интерпретации, это установление режима транзита, максимально ограничивающего суверенный контроль Армении над маршрутом.
В понимании Баку это может предполагать, во-первых, отсутствие таможенного, пограничного или иного контроля со стороны Армении при прохождении грузов в Нахичеван и обратно, а во-вторых, введение специальных гарантий безопасности и управления маршрутом, потенциально с участием внешних акторов.
Ничего нового. Это всегда было максималистской позицией Азербайджана.

Новогодний утренник в Арцахе для детей военнослужащих Армии Обороны.
Дед Мороз в ужасном халате, скупо раздавал детишкам пару конфет или яблоко в виде подарков.
Детки, выжившие после бомбардировок, выросшие в подвалах и укрытиях, свободно встречают 1995 год.
Их отцы тогда разгромили врага.

Эдуард Аракелян, RCDS:
Реформа Внутренних войск Азербайджана закрепила их прямое подчинение президенту — Главнокомандующему Вооружёнными силами. Командующий Внутренними войсками и офицеры с высшими воинскими званиями назначаются и освобождаются президентом; он же принимает решения об их увольнении в запас или отставку, присваивает высшие звания и утверждает положение Военного совета. Ранее командующий одновременно являлся заместителем министра внутренних дел, однако теперь структура формально выведена из подчинения МВД.
По своему статусу Внутренние войска фактически приближаются к Пограничной службе Азербайджана, которая также подчиняется напрямую президенту и по факту является отдельной войсковой структурой. Это свидетельствует о стремлении устранить промежуточные уровни управления и усилить жёсткую вертикаль власти, минимизируя автономность отдельных силовых структур и возможную конкуренцию между ними. Формируется единый механизм оперативного реагирования, ориентированный на быстрое подавление внутренних протестов и угроз социально-политической стабильности и возникшей в связи с этим неопределенности.
Одновременно Внутренние войска получают расширенные полномочия, сопоставимые с полицейскими: право задерживать и арестовывать подозреваемых, а также предотвращать массовые беспорядки и групповые нарушения общественного порядка. В сочетании с усиленным цифровым контролем это формирует систему постоянного надзора за обществом, от журналистов и блогеров до оппозиционных политиков и активистов. Аресты независимых медиа-представителей, блокировки критических ресурсов и задержания оппозиции рассматриваются как элементы целостной стратегии, направленной на раннее выявление и нейтрализацию любых потенциальных очагов оппозиции и сокращение пространства для независимой политической и общественной деятельности.

Подкаст Регионального центра демократии и безопасности на канале Инфоком завершает год выпуском с гостем высокого уровня.
Посол Майкл Карпентер, ранее занимавший должность специального помощника президента Байдена и старшего директора по европейским делам в Совете национальной безопасности США, а до этого — посла США при ОБСЕ.
В 2024 году Карпентер также был вовлечён в армяно-азербайджанские переговоры. В частности, в октябре 2024 года он прибыл в регион и лично передал президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву и премьер-министру Армении Николу Пашиняну письмо президента США Джо Байдена.
В ходе беседы был поднят вопрос об отсутствии последствий для Азербайджана после этнической чистки в Нагорном Карабахе — вопреки заверениям американской стороны о том, что Вашингтон не допустит этнических чисток. Обсуждались сходства и различия в подходах администраций Байдена и Трампа к армяно-азербайджанским переговорам; в этой части посол высказал неожиданные оценки.
Также затрагивались решения, предложенные предыдущей администрацией по вопросу разблокирования региональных коммуникаций.
Во второй части выпуска внимание было уделено новой Стратегии национальной безопасности США и переговорам вокруг прекращения российско-украинской войны.
Выпуск содержит ряд эксклюзивных оценок и сопровождается армянскими субтитрами.

ВВС
Лысый мужчина средних лет сидит и слушает Земфиру, армянский шансон и народные песни, Адель, Джона Леннона, французский и русский рэп, группу ДДТ, барочную музыку и цыганский романс Высоцкого. На этих видео он щурится в солнечных лучах, повязывает галстук, убирает желтую розу в нагрудный карман пиджака или печатает на компьютере. Но чаще всего смотрит перед собой — то с улыбкой, то задумчиво, а то и грустно.
Этот мужчина — премьер-министр Армении Никол Пашинян.
Тигран Григорян, директор «Регионального центра демократии и безопасности» в Ереване вспоминает, что сразу после смены власти многие шутили, что Армения теперь управляется через фейсбук.
«Это был удивительный тренд — чиновники, включая премьер-министра, вели прямые эфиры из своих рабочих кабинетов. Премьер-министр показывал свою резиденцию», — говорит Григорян.
Но после Второй карабахской войны власти стали более закрытыми — времена не располагали к виральному контенту в соцсетях.
Правящая партия умело использует медиаресурсы и соцсети для политической борьбы, говорит Тигран Григорян. По его словам, вокруг Пашиняна выросла «целая инфраструктура политических блогеров», что дает ему возможность диктовать повестку в информационном поле.
«Все главные члены правящей партии очень активны в соцсетях, молодежных соцсетях», — говорят Григорян, имея в виду инстаграм и тикток.
Политолог отмечает, что, по данным соцопросов, меньше всего Пашиняна и его правительство поддерживает именно молодежь — и сейчас власти пытаются активнее работать с ней.

Эдуард Аракелян, RCDS:
Армянская армия в 2025 году: реформы, партнёрства и противоречия
• Военно-техническое сотрудничество
Армения продолжила курс на диверсификацию партнёров:
контракты с Францией на €278,5 млн (подписаны в 2024 году);
Индия остаётся крупнейшим ВТС-партнёром;
подписаны документы о стратегическом партнёрстве с рядом стран, включая Китай;
готовится соглашение о стратегическом партнёрстве с Францией;
в декабре 2025 года утверждена «стратегическая повестка партнёрства» Армения–ЕС + €20 млн помощи из Европейского фонда мира.
При действующем союзническом договоре с Россией традиционные форматы (ОДКБ) полностью пересматриваются. Армения параллельно выстраивает новую систему безопасности, включая сотрудничество с геополитическими оппонентами России.
Иранский трек: в апреле 2025 года прошли первые совместные учения Армении и Ирана в Сюнике (без пересечения границ друг друга). Отношения остаются стратегически важными, но формального договора о стратегическом партнёрстве пока нет.
• Внутренние реформы армии, бюджет и вооружения
отклонена инициатива о «выкупе» от срочной службы (из-за рисков неравенства и падения боеготовности);
принят закон о сокращении службы с 24 до 18 месяцев с расчётом на профессионализацию армии. Ключевые риски сокращения срока службы: качество подготовки, возможная «кадровая яма» в 2027 году.
военный бюджет на 2026 год сокращён после пика 2025 года;
Пашинян напрямую связал рост госдолга с массовыми закупками вооружений после 2020 года;
анонсированы закрытые демонстрации закупленного оружия и фортификаций, что вызывает вопросы о приоритетах между безопасностью и внутриполитическим эффектом.
• Граница и дипломатия, вопрос ответственности за провалы 2020 года.
весной 2025 года усилилось давление Азербайджана и информационная кампания. Создание возможного предлога для эскалации, и начала вооруженной агрессии против Армении.
после подписания Вашингтонской декларации 8 августа ситуация на границе стабилизировалась, что дало правительству пространство для бюджетной и кадровой оптимизации армии.
Парламентская комиссия завершила расследование поражения в войне 2020 года, но итоговый доклад был засекречен и передан в архив. Это вызвало критику из-за отсутствия публичного анализа системных ошибок на фоне текущих реформ.
В целом 2025 год показал, что армянская армия находится в процессе поиска баланса между экстренной модернизацией, профессионализацией и политическими ограничениями. Реформы продолжаются, но они отличаются фрагментарностью и сопровождаются рисками, противоречиями и непоследовательностью.
Полностью на CivilNet